8 1/2

У каждого режиссера, если он, конечно, хочет что-то сказать своими фильмами, найдется период, когда любое слово покажется лишним, сюжеты — ложью, актеры — фальшивкой, приготовления — пустой суетой, да и сама жизнь — бессмыслицей. Однако мало кто додумается создать из этого картину, основанную на сознательных противоречиях, пребывающих в поиске художественной истины. Впоследствии режиссер сам выскажется: «Ложь развивает воображение. Если вы говорите правду, вы потом должны на ней стоять и, значит, никуда не двигаться. В творческом смысле, правда — это тупик», и именно эту мысль можно поставить, как итоговый вывод из проделанной работы.

Фильм «8½» считается одним из важнейших успехов в карьере итальянца Федерико Феллини, наравне с предыдущей картиной, которую по логике здешнего скромного названия следовало бы окрестить «7», но по какому-то вопиющему недоразумению, вышедшую под более художественным заголовком «Сладкая Жизнь». Особенно учитывая близость картин в фильмографии режиссера, схожесть тем и выразительных средств, и даже героев, хоть и носящих разные имена, внешне подозрительно напоминающих актера Марчелло Мастроянни. Оба фильма бессюжетны и пребывают в творческом блуждании и поиске несуществующих идеалов. Приблизиться к пониманию тонких вопросов смысла жизни или источника вдохновения можно лишь случайно, подобно тому как, только заблудившись, можно найти место, не указанное на картах. Вот только в отличии от сладострастного журналиста, герой «Восьми с половиной» — режиссер, приготовившийся сделать фильм, и уже фактически собравший всю съемочную группу, которая находится в игривом неведении, считая, что только он знает, что это вообще будет за фильм. Сам же режиссер тем временем, путешествует внутри себя, собственных воспоминаний и идей, в поисках вдохновения, понимая лишь, что ему предстоит самая важная работа в жизни. Вот так и сам Феллини, находясь в поиске, снимает фильм без названия о метающейся по закоулкам разума душе художника, чтобы познакомить зрителя с важнейшей работой в своей жизни. Забавная связь, да?

Велика, впрочем, и разница, потому как, зачастую, именно «восьмую с половиной» работу признают лучшим фильмом Феллини, оказавшим наибольшее влияние на кинематограф, нежели жизненная «Dolce Vita». У Гвидо Ансельми на личном фронте также оказывается немало забот, ведь он уже давно не живет с собственной женой и ждет развода, что волнует прессу не меньше его карьеры. И это, конечно же, влияет на кризис, ведь еще древние сравнивали вдохновение с музой в женском обличии, а наш герой, имея вокруг себя массу прекрасных нимф, музу-то как раз и потерял. При всем этом, реализма фильм нарочно лишен, все происходящее — фантасмагория разума, ищущего, за что можно зацепиться в мире, где все ценное настолько иллюзорно, что уже не понять, где правда, а где вымысел, если только первая вообще существует, а второй не является ложью. До этого в кинематографе использовались приемы, переходы человека в собственные воспоминания или фантазии, однако, они выделялись каким-то зрительным образом. В «8½» же нет никаких четких границ, что стало одним из важнейших приемов, открытых именно этим фильмом. Помимо этого здесь огромное число своеобразных находок, которыми режиссер старался показать нереальность происходящего, местами — едва заметную абсурдность, не отходя от привычного стиля фотографического изящества и серьезных лиц.

Еще одна интересная особенность вышла из того, что Феллини снимал своего рода «фильм о фильме», что позволило ему вовсю развернуться с таким противоречивым образом, как Внутренний Критик, представленный писателем, к которому обратился Гвидо. Однако, по сути, этот суховатый человек в очках сам свалился на его голову в начале, четко сформулировав все то, за что можно обругать этот фильм. «Отсутствие проблематичной идеи, или, если хотите, философской предпосылки превращает фильм в серию голословных, пусть и забавных, эпизодов, в меру их сомнительного реализма», — именно так начинает он свою тираду. Однако, из его же монолога в конце видно, насколько безнадежны эти умозаключения для художника, ведь центральной их догмой станет молчание, которое красноречивее и правдивее любого сказанного слова, что равносильно пистолету в правом кармане костюма Гвидо, который положил туда именно заботливый критик. Именно поэтому, Феллини и дает понять, что его произведение насквозь лживо, с немой позиции, в нем нет ни капли правды, но при всем при этом оно гениально и вне критики. Это напоминает самобичевание, где сам автор последними словами, уложившими бы в гроб любую работу, уничижает свою, и в этом приближается к откровению, переворачивающему действительность с ног на голову.

Эстетика у Феллини, как и всегда, стоит на первом месте, и каждая сцена представляет интерес, как тщательно спланированный и поставленный спектакль, чтобы еще больше убедить зрителя в ирреальности происходящего. При съемках не использовалось никаких специальных трюков, извращающих реальность или четкость картинки, за счет чего эта смелая фантазия кажется реальной, ведь самое удивительное, что происходит в кадре — сочетание образов, которые не могли встретиться на самом деле. Возможно, оттого в фильме и появляется, построенная за 70 миллионов, реальная стартовая площадка для космического корабля, а не используется стандартный «задник». И, тем не менее, чувствуется лоск и художественный вкус в подборе съемочных площадок и актерского состава, где даже отвращающие образы вызывают восхищение своей гармонией. Порой даже удивляешься, что у человека, способного снимать настолько красивые и продуманные сцены вообще мог быть творческий кризис, и даже если фильм был задуман в трудный период, то снят-то уж точно на волне прилива внутренних сил.

Речь здесь, конечно же, в первую очередь о самом Феллини, в чьем образе лишь играет Марчелло Мастроянни, но в ту же очередь имя герой носит другое. Феллини сам говорил, что… А впрочем, чего уж юлить и придумывать что-то, и я надеюсь, будет не слишком уж навязчиво, что в заключение отзыва, я вставлю эти слова автора, как нельзя лучше характеризующие эту потрясающую картину: «Я хотел создать фильм, который должен был бы явиться портретом человеческого существа во многих измерениях, то есть постараться показать человека во всей его совокупности — показать всю вселенную, которую представляет собой человек. Поэтому я задумал поставить фильм, в котором рассказывалось бы о человеке в различных планах, то есть в плане его физической жизни, в плане его чувств, а также в плане его мечтаний, его воспоминаний, воображения, предчувствий, рассказать об этом так, чтобы из хаотического, противоречивого, путаного общего возникало бы человеческое существо во всей своей сложности».

Итог: фильм о трудных взаимоотношениях художника со своими тараканами, поднимающий вопрос о правде и лжи в искусстве, в гротеске и театральных условностях, ставящий важные личностные вопросы для Феллини, и проецирующий их на киноэкран, где каждый зритель, наверняка, ухватит кусочек и для себя.

Красиво, странно, и как будто близко

все-таки решился осилить эту классику после просмотра недавно вышедшего голливудского мюзикла-ремейка. Осилил. Фильм, как мне кажется, про который сейчас интереснее читать исследования, чем воспринимать его как просто кино. Как-то его смотрели в кино наши родители...

классика

Наверно, да, надо было смотреть в те годы. Потому что плохо воспринимается, "не цепляет", сумятица в персонажах, в диалогах... Привыкли, понимаешь, к динамичность и простоте.
Зато в сравнении с новым фильмом "Девять" (сравнение, конечно, неточное, второй всё-таки ещё и мюзикл), видны изменения, произошедшие в кинематографе.
"Девять" куда интереснее, ярче и именно цепляет, но здесь, на мой взгляд, куда более искусное кино. Кадры не стандартные, привлекают внимание многие интересные детали, невольно отмечаешь, как свет поставлен, как композиция в кадре выстроена и т.п. (я не специалист всё-таки в киноискусстве, говорю как вижу). В современных фильмах ничего такого вообще не заметно.
Но ещё минусом - моё махровое имхо - герой внешне никак не похож на режиссёра (на представителя этой профессии), какой-то он мягкий. Напомнил нашего Шурика с его приключениями)

все мы попадаемся в сети своего Я, лабиринт и поиски самих себя. удивительная картина.

Фильм, обязательный для просмотра, по мнению актрисы Элизабет Грэйсен.
(Опрос проводился в честь 75-летия Британского киноинститута - http://kinokino.com.ua/news/1205/)

Тошнотворно-скучное кино.

Сложный фильм, местами очень доступный, местами вообще непонятный

Не являясь ярым поклонником маэстро Феллини фильм "8 с половиной" меня просто поразил, удивил, очаровал... осчастливил. Одни из любимейших моих фильмов и один из лучших, что я вообще видел!

честно ;) пыталась посмотреть шедевр, увы, не смогла

Фильм достоин высокой оценки хотя бы за вклад в кинематограф. Также соглашусь с теми, кто разделяет фильмы на до и после восьми с половиной. Декорации, костюмы, актеры, приемы, которые использовал Феллини - все это на высшем уровне. Во время просмотра иногда напрягало отсутствие какого бы то цельного сюжета, в привычном понимании, но в то же время оторваться было невозможно. Чтобы в полной мере насладиться фильмом нужно действительно либо поймать волну, либо надо было его смотреть году в 63-75. Я же начинал смотреть исключительно в академических целях, но остался вполне доволен, хотя, повторюсь, в отдельные моменты хотелось перемотать вперед или даже выключить. Тем кто не смотрел очень советую ознакомиться.

После просмотра осталось ощущение, что упустил что-то и/или не понял (или понял не до конца). Решил почитать отзывы/рецензии - похоже каждый понимает его по-своему. Может быть этот фильм просто описатлельный, призванный донести до зрителя видение автором внутреннего мира человека/жизни/.... Тогда это кино не для меня:)
Феллини так говорит о своем фильме: "Я хотел создать фильм, который должен был бы явиться портретом человеческого существа во многих измерениях, то есть постараться показать человека во всей его совокупности - показать всю вселенную, которую представляет собой человек. Поэтому я задумал поставить фильм, в котором рассказывалось бы о человеке в различных планах, то есть в плане его физической жизни, в плане его чувств, а также в плане его мечтаний, его воспоминаний, воображения, предчувствий, рассказать об этом так, чтобы из хаотического, противоречивого, путаного общего возникало бы человеческое существо во всей своей сложности".
Но в любом случае посмотреть фильм стоит.

Чтобы написать что-либо об этом фильме, надо обладать недюжинной творческой смелостью.
Потому что, по моему мнению, мир после «Восемь с половиной» стал уже другим. Феллиниевская манера снимать повлияла на весь кинематограф в целом – на кого-то впрямую, на кого-то – опосредованно. А этот фильм – визитная карточка Феллини, в котором воплотились многие его идеи. К тому же фильм повествует именно о художнике, о вечно метущей личности, да еще и о режиссере. Да и играет главного героя – Марчелло Мастрояни, во многих фильмах исполнявший роль как бы «альтер эго» режиссера.

Можно только похихикать на тему, как могли воспринять этот фильм функционеры из Госкино на Московском фестивале, куда Феллини когда-то привез свой новый фильм!

Я остановлюсь лишь на одном эпизоде фильма.
В своих фантазиях, которые в фильме переплетаются с реальностью, и в попытке одновременно увязать жизнь с любовницей и с женой, герой-режиссер окружает себя, словно султан-многоженец, одновременно всеми женщинами своей жизни.
Абсолютной королевой на этом женском празднике смотрится пышно-грудо-бедрая матрона из городка его детства, желе форм которой содрогается при каждом движении ее тела в неспешном зажигательном танце - конечно, под музыку Нино Рота. Именно образ этой живописной матроны, как выясняется, и был квинтэссенцией всех подсознательных желаний героя фильма.

прошу извинить, что меня фильм "не задел", как минимум восторга не испытываю,
может надо было смотреть в период с 60 по 80е?